Yep It`s Not Nope

Бит-поэзия. Пьер Анри, Дэвид Менцер, Боб Кауфман

Letters / Poetsy, Letters 08 Январь 2017
<p>Боб Кауфман</p> (фото: )

Боб Кауфман

Боб Кауфман.

Джаз-цыпка

Мелодия из груди ее вздрагивая Приглушенно переливается в лоснящийся бархат. Гихне возгласы обмороченных дураков. Тоненькие струйки экстаза.
Из алавастровых сосудов Джаза,
В коих музыка охлаждает горячие души.
Глаза онемевшие еще больше
Чем при виде тысячи языков Медузы Горгоны.
Мост из глаз и смущенные улыбки
Говорят что она — здесь что она — поет
О холоде воспоминаний, о счастливых балах
Окутанных флером свингующего
Джаза
Ее мелодии...
Джаз.

Около полуночи

Джаз по радио мне шлет улыбку Около полуночи.
Сидя на постели.
Слушаю джаз-цыпку Около полуночи.
Пианино в уши мне хохочет Около полуночи.
Ночка осушить мне слезы хочет Около полуночи.
Вкрадчивые речи, безмолвная усмешка. Волнующие голоса, старые грехи Около полуночи.
Приходи, девчонка, сбрось юбчонку Около полуночи.

В

В кругах новобранцев и эмбрионов надежд, в героиновых слезах утонувших.
В кругах заключенных, запускающих прямо в космос надутые воздухом пакеты.
В нейрокругах мозгов, разобранных на извилины, и отчаявшихся электрохирургов.
В кругах алкоголиков, бесплодных дискуссий и исторических домыслов.
В телевизионных кругах литературных хрустящих хлопьев и преуспевающих импотентов Америки.
В университетских кругах отточенных интеллектов и открывателей членописи.
В военных кругах мегатонных смертей и всеобщей анестезии.
В религиозных кругах теологических лимериков и
В кругах радиолюбителей, записей столетней давности и памятных случаев.
В кругах занятых рекламой мороженого с фильтром и быстрорастворимых мгновений.
В кругах подростков, соблазнов, комиксов и звона расстроенных гитар.
В кругах политиков, кандидатов, разыскиваемых полицией, и ритуальной лжи.
В кругах кинематографистов, красоток, секс и прочих символов В интеллектуальных кругах лингвистической терапии и анализа всяких фобии.
В кругах газетчиков с их сексуальными заголовками и псевдонаучными комиксами.
В кругах умерших от разделенной любви, оплатив вперед услуги морга.
В философствующих кругах семантических головорезов и разносчиков идеи.
В кругах среднего класса, половой зрелости в частных школах и бунтов в анатомичке.
В сверхреальных кругах занимающихся любовью прямо на заброшенных американских горках.
В кругах одиноких поэтов, опавших листьев и туманных пророческих очей.

О-Джаз-О

Там на струне
В некоей точке
Обитал странный джаз, тягучий, как пуповина.
Или. может быть.
Это в памяти кровоточил
Огромный давно потерянный окровавленный крест
Погребенный в странной стальной Голгофе.
Давние времена
В кои мы проливали кровь свою
Затерянные ноты нацарапанные
Сломанной иголкой джазмена.
Слезы мелодии льющиеся Из глаз.
Сломанные барабанные палочки — что в них?
Дрожь и трепет гул падение
Бомбы в самом сердце
Чувств переполняющих меня
Голос отца
Голос матери —
Это любовь.
Это жизнь.

Дэвид Менцер

18-я рага осень

Улица в Роквиль-Центре содержит больше осенней печали чем 10 блестящих хайку или 10 миллионов сюрреалистических стихотворений.
Улица где мертвые листья разносит как эхо
медленный ветер, метущий по древним, как вечность,
бетонным надтреснутым плитам.
Стена холодного горя Вдоль тротуара.
Старые жилища из досок —
как траурно выглядит белая краска
в черной копоти безразличья.
Жалюзи и кружевные портьеры за оконным стеклом плесневеют.
Стальные прутья торчат — когда-то на них кренились навесы.
Бледные мертвые травы.
Годовалый тщедушный дубок, привязанный к палке тряпичной петлею.
Тишина — только эхо мертвых листьев. Эхо моих шагов, когда я шагаю по листьям из школы к дому.
Однажды я увидел в проеме покосившейся двери шестнадцатилетнюю итальянскую девчонку — губы густо накрашены яркой помадой, тугая грудь под свитером тесным.
Как она выделывалась, как выламывалась, как вертелась!
Мне-то было 13,
так что я пошел дальше.
Правда обернулся, чтобы посмотреть, не посмотрела ли она мне вслед.
Но она не посмотрела. И вообще скрылась Внутри своей жалкой лачуги.
Там, в побеленной спальне
она танцует в обнимку с киножурналом
под латунным распятьем.
Мне снилось
мне грезилось ее лицо, в тропических снах она целовала мне чресла и кусала за уши. Помню, нос у нее был здоровенный. О, горький пепел печали как пепел тех листьев на улице в Роквиль-Центр!

Молитвенное колесо для Джона Винера

Не бойся состариться.
Во время беседы с тобой
Изо рта твоего изливается море.
Шторма, маленькие прилипалы (серебряные паразиты), кормящиеся на белой шкуре кита. Почему бы не умереть в одиночку? Рев фальшивых водопадов, жующих стальные опоры и скобы
бывшей рекламы «Bond», некогда высившейся над Бродвеем. Вот и все.
Именно это я имею в виду, говоря о поэзии. Неон над шумною улицей.
Гипсовые статуи Женщины & Мужчины, обтесанные поддельным водопадом, огненные буквы — Б. О. Н. Д.
Можно подумать, сознанье нуждается в зрении, рождая стихи.
Можно подумать, стихи уже существуют в сознании прежде, чем их прочитали. Ни о чем не беспокойся.
Во время наших бесед тревога проходит.
Стальные штыри и структуры поддерживают Мужчину, Женщину, чудовищные электрические слова.
Исчезла гигантская вывеска «БОНД», но исчезла ли она для поэта, который придает постепенно законченный вид этому миру? Там, где кончается сознанье, начинается Любовь. Поэт начинает изучать растворенье Любви.
Море всё изливается. Мы все говорим, постоянно нервничаем, пьем слишком много кофе.

Пьер Анри

Женщина в богемном баре

После того, как я сделал вид.
Что не заметил ее Испуганного лица.
Застывшего в оранжевом свете лампы На фоне унылой фрески,
Я замучил себя вопросом:
Не я ли заточил ее в эту тюрьму? Запотевшие окна.
Атмосфера упадка Сю всех сторон.
Еще не видя ее,
Я уже знал, что она никогда не выйдет ни отсюда.
Ни из транса.
Маска, нарисованная Углем на стене.
Держит в плену ее отраженье. Загнанная овечка.
Прикованная к сиденью Каменной тенью Сбежать можно только.
Посмотрев назад и поймав Призывный мой взгляд.
Лицо сочится, как кровью. Косметикой, стекающей по щекам. Рискну ли я вновь пройти мимо Той, что вп.та в грех Пассивного самоубийства? Остекленевшие глаза,
Обведенные белым.
Черные локоны ведьмы —
Если б я только мог
Положить на плечо мое Эту головку,
Я спас бы нас обоих От безблагодатной кончины. Такие лица, как это,
С детства витают по комнате. Вопия, словно демоны,
И изгнать их можно лишь только Оглушив мечтою.
Такого вот типа:
Черные чулки.
Тело белее мела.
Пройду сквозь стену.
Сквозь потрескавшуюся стену. Споткнусь и паду На дымящийся прах.
Там, где волос растет
Между бедренных скал.
Луной расколю Твои облака.
Извлеку из камней Ожившую плоть.
Вопьюсь в твои бедра.
Изваяю твой стан.
Моя луна, мой белый цветок Будет нырять и нырять В твою пропасть До самой зари.
Но это мечты. Наяву же
Невмочь мне
Без страха
Взирать
Через стекла —
Не то что шагать через стены.
Куда уж мне справиться С чудом...
Неужто она здесь навечно?
Неужто ее стул не может,
Опустев, даровать ей свободу.
Чтоб она стала зрителем.
Таким же, как я?
Но она продолжает глядеть на обрывки
Плакатов, на накарябанные
Пошлые шутки, безвестные номера телефонов.
Прозревает ли она
Сквозь весь этот ужас
Нечто там, за стеною?
А может, она и вовсе не видит этой стены
Или видит за нею другую.
Последнюю стенку,
Очарована смертью навечно?
Спазмы музыки И пьянчуги —
Ничего ее не волнует.
В бесстрастных зрачках ее
Гаснут и гибнут эпохи, ритмы. Образы, крики —
Как в безвоздушной пустыне. Подобно отшельнице,
Святой или изваянью
Она сидит неподвижно средь праха.
Если бы она могла видеть,
Что стены просто не существует.
Если бы я мог шагнуть сквозь степу, не сломав при этом костей,
Тогда бы она перестала
Видеть вокруг только смерть.
Сделав стену врагом.
Она никого не убила —
Только ранила
В сердце своем
Способность к любви.
Если б она научилась любить.
Она бы увидела, как
Рушатся стены и исчезают.
И я возгласил бы,
Что вырвались мы из гробницы.
И я перестал бы ходить каждый день
На свиданье со смертью.
Мы бы встречались на улице,
Где от волос ее будет
Веять весною и Пасхой 

Перевод Андрея Голова, Ильи Кормильцева

голосов

Вы должны быть зарегистрированы, чтобы комментировать статьи и отправлять сообщения непосредственно редакции. Пожалуйста, войдите или создайте бесплатную учетную запись пользователя.